Читаем без скачивания Воровской дневник [Сборник] - Николай Иванович Леонов

держалось. Это со стороны кажется, что Иван крепкий и сильный, и наверняка это и подкупило Марину, но, как она правильно заметила, на деле он слабак.

– Понял тебя. Иван в качестве убийцы не канает.

– Но есть и другая сторона, – возразил Гуров. – Минуту. – Он подвинул к себе лист бумаги и взял карандаш. – Буду рисовать для себя схему, – пояснил он. – Наглядное, оно всегда удобнее.

– Мне не показывай, – попросил Стас. – Я все в голове держу, так мне проще. Если увижу твои граффити, то запутаюсь.

– Как скажешь. Так вот, оборотная сторона «пейзажа». Только теперь не Иван с Ингой, а Иван с Мариной.

– Я тоже об этом думал, – перебил напарника Стас. – Смотри, что получается: если оставить в стороне все эти пересекающиеся романтические приступы и обратить внимание на то, что Марина встречалась с обеспеченным Андреем Тихомировым, то почему бы ей не заинтересоваться его финансами?

– Именно так, Стас. Именно так. Верно мыслишь.

Гуров нарисовал еще одну схему.

– Айвазовский, – похвалил Стас. – Но меня лично версия с Мариной смущает.

– Объясни, – попросил Лев.

– Зачем ей менять партнера и только потом избавляться от своего Андрюши? Не проще ли сначала убрать Андрея, а потом искать кого-то на стороне?

– Не проще. Одной ей было бы трудно устранить Андрея, а вместе с любовником – запросто.

– Да ну, Лев, ерунда это, – не выдержал Стас. – Неужели сам не видишь, что обе версии слабоваты?

Гуров отложил карандаш и откинулся на спинку стула. Конечно, можно предположить любой сценарий, но здравый смысл все-таки должен быть. Мог ли Иван быть причастен к смерти Андрея Тихомирова? Нет. У него не было причин избавляться от парня. Слишком истеричен для серьезного дела. Даже если бы им управляли, то мог бы запороть все дело. Ненадежный. Ведомый. Нет, не он.

– Инга и Андрей умерли в одно и то же время, – заученно принялся повторять Гуров то, что уже обсуждал с Гойдой. – Когда-то встречались, а еще работали на одной территории… Что их могло связывать, кроме того, что они когда-то пару раз переспали? Кому они могли помешать?

– Марине? – предположил Стас. – Не любила одну, но жить не могла без другого. Узнала про измену и не смогла простить. Сделала финт ушами: вроде бы простила, а на самом деле решила отомстить. Как тебе такой вариант?

Лев сделал глоток чая.

– Допустим, – согласился он. – И как ты себе это представляешь?

– Я ищу мотив, – напомнил Стас. – У Марины он был.

– И у Ивана он был. Но я о другом. Как Марина смогла бы провернуть двойное убийство? Понимаешь ли, в чем дело, такой вариант возможен, но он не дотягивает до реальности. Андрей был постоянно рядом, Марине ничего не стоило бы придумать что-нибудь попроще, чем убивать парня в одном месте, а потом перевозить труп в другое и прятать в багажнике своей же машины, а машину оставлять у всех на виду.

Стас вытянул руку в сторону Гурова и щелкнул пальцами.

– Вспомнил, как один маньяк в… не помню название местности… где-то в Европе… замочил всю свою семью и катал их в кузове своего грузовика по всей стране, разбрасывая тела по пути в разных местах. Там четыре человека были убиты. И когда обнаружили первый труп, а потом в трехстах километрах от него нашли второй и установили, что это родственники, то полиция очень долго искала мотив преступления. После третьего и четвертого трупа все вообще запутались. Дело не могли раскрыть тридцать семь лет, и все это время убийца был на свободе. Он вообще не скрывался. Разбросал тела по разным местам, после чего спокойно вернулся в дом, где раньше всех и убил. Он был ненормальным, но очень умным и хорошо подготовился к преступлению.

– И как его вычислили?

– Никак. Он прожил в том доме до глубокой старости и умер от рака в окружении новой любящей семьи. Перед смертью успел отправить письмо с признанием в полицию. Знал, что ему осталось совсем немного, и все рассчитал, гад. Полиция на уши встала, а маньяк и тут их успел обвести вокруг пальца – просто выпил чуть больше таблеток, чем надо, чем и ускорил свою кончину.

Лев слушал Стаса, улыбаясь. Тот, увлекшись, жестикулировал, подкрепляя свой рассказ мимикой, и выглядел при этом довольно-таки забавно. Гуров даже отвлекся от мрачных дум.

– Ну а с какой целью он их убил-то? – поинтересовался он, когда Стас замолчал.

– Не поверишь – он сам когда-то работал в полиции, но уволился потому, что понял, как тупы его коллеги, пресекавшие на корню его методы вычисления и поимки преступников. Ну он так считал, понимаешь. И решил доказать миру, что прав. У него семья была – не дай бог. Престарелые родители-сектанты, которые держали его и брата на хлебе и воде и предпочитали в качестве наказания пристегивать детей наручниками к дереву на заднем дворе. В любую погоду и до утра. Брат давно уже двинулся рассудком, а вот будущий убийца выдержал. Правда, как потом выяснилось, у него с головой тоже были проблемы, но он их тщательно скрывал. Так вот, став взрослым, он съехал из отчего дома, и коллеги понимали почему. Но своих он навещал. Однажды заглянул на огонек якобы выпить пивка, а дальше всех, скажем так, пересчитал. Жаль соседа, который в это же время тоже заскочил их проведать. Он был единственным нормальным человеком в этой шайке. Остальное ты знаешь. Так что, Лёва, в этой жизни возможно всё. Ты видел, как себя ведет Марина?

– Ну видел.

– Оценил ее потенциал?

Лев, не переставая улыбаться, вздохнул.

– Девчонка из неблагополучной семьи, – принялся загибать пальцы Крячко. – Сложное детство. Бунты в школе, предательство со стороны правоохранительной системы. Помнишь, как ее сдал участковый всему классу? А потом девочке очень повезло быть принятой в клан Тихомировых. Тут тебе и папа, и мама, и любимый человек в одном стакане. Плюс бабло, которое в доме, как я понял, особо не считали. Все бы ничего, ребятки планируют светлое будущее, даже работать устроились по одному адресу, но вдруг в дверях появляется расписной красавец Ваня, разукрашенный под хохлому. Голова работает у Марины хорошо, но телу не прикажешь, а спустя время она понимает, что может шагнуть еще выше и только выиграть. Нужно лишь убрать надоевшего Андрея и заодно Ингу, которая все портит своей красотой и независимостью. Вдвоем они устраняют своих партнеров, нарочито показывая нам, что они не вместе. Все, устал доказывать. На своей правоте не настаиваю, но прошу принять к сведению. Ты уже обедал?

– Нет.

– Пойдем